Школьная память сводит Грибоедова к одной комедии, хотя он был ещё и дипломатом, добившимся от Персии мира, очень выгодного для России. Эта удача и определила его судьбу: в 1829 году в Тегеране толпа разгромила русскую миссию, а посол погиб. О последних месяцах его жизни Юрий Тынянов написал роман «Смерть Вазир-Мухтара» (что в переводе с персидского означает «посланник»), а Александринский театр поставил этот роман на Основной сцене, дав ему вполне говорящее название «Последний год»: зритель с первых минут знает, чем всё кончится (первая сцена — тело Грибоедова, покрытое простыней), и его интерес смещается с вопроса «что произойдёт» на вопрос «как так вышло».

У романа, вышедшего в 1928 году, давно сложилась репутация книги для вдумчивого читателя. История в нём строится не на парадных событиях, а на деталях: дорожной усталости, придворных интригах, недосказанных разговорах.

В свете этого задача перед режиссёром стояла непростая. Проза Тынянова плотна и образна: мысль героя неотделима в ней от интонации фразы, а исторический фон проступает через вещи, жесты и случайные реплики.

Многое также зависит  от баланса между исторической подробностью, на которой держится Тынянов, и живым нервом сегодняшнего разговора: спектакль, перегруженный деталями, рискует стать иллюстрацией к учебнику, а чрезмерно осовремененный потеряет фактуру эпохи.

Любая инсценировка вынуждена выбирать, что сохранить из этой сложной ткани, и при таком объёме выбор сцен становится главным режиссёрским высказыванием — именно он покажет, кто для Кобелева Грибоедов:  государственный человек, несостоявшийся писатель или просто взрослый, уставший от чужих ожиданий?!

Сюжетная рамка знакома по роману. В марте 1828 года Грибоедов возвращается из Персии, бывает в Москве и Петербурге, встречается с литераторами и сановниками, но знает, что скоро ему снова ехать туда и возглавить русскую миссию. Особенно точен роман в описании того, как успех превращается в повинность. Блестяще заключённый мир приносит Грибоедову расположение императора, а вместе с ним и поручение, от которого невозможно уклониться: именно триумф делает его кандидатом в посланники при персидском дворе. Эта ловушка, когда за хорошо сделанную работу вручают ещё более трудную, знакома каждому, кто хоть раз слышал на совещании: «Вы же справитесь». Здесь девятнадцатый век вплотную подходит к нашему времени.

В Тифлисе Грибоедов встречает свою бывшую ученицу Нину Чавчавадзе, которой предстоит стать его преданной женой (пусть и не слишком любимой) и матерью мертворожденного сына.

Биографическому пересказу Кобелев предпочитает панораму эпохи: рядом с Грибоедовым, которого играет Виктор Шуралёв, на сцену выходят Пушкин, Крылов, Чаадаев, Булгарин, Николай I, граф Нессельроде и трагик Каратыгин. Прозу Тынянова дополняют строки «Горя от ума» и «Грузинской ночи», стихи Пушкина и Баратынского. В постановке задействовано более двух десятков артистов.

Спектакль решен в формате радиоспектакля. Четыре актера вводят публику в события того времени и объясняют те моменты биографии, которые зритель, возможно, не сразу уловил из диалогов актеров и требуется дополнительное пояснение. На помощь сидящим в зале приходит Маша, которая может всегда сказать: «Стойте! Что-то я не поняла», и ей разжуют все происходящее от и до.  

Состав создателей  спектакля подсказывает, что ставка сделана не только на слово. Художник-постановщик Анастасия Юдина, композитор Олег Гудачёв, художник по свету Игорь Фомин, а также в команде присутствует хореограф Владимир Варнава (кто-то должен был поставить блестящую балетную партию Кати) и видеохудожник Мария Варахалина. Для исторической драмы длиной около трёх часов такая оснащённость многообещающа: когда на сцене десятки лиц из прошлого, зрителю нужны ритм, пластика и смена пространств, иначе он рискует затеряться в именах.

Современным этот материал делает сам конфликт. Перед нами чиновник, мечтающий о литературе; человек успеха, который никак не найдёт себя; взрослый сын, получающий от матери письма с просьбами о деньгах; мужчина, чья нерешительность растёт по мере того, как растут императорские поручения. И эти внутренние терзания сводят Грибоедова с ума.

А горечь тыняновской прозы созвучна сегодняшнему чувству одиночества: «Некому было сказать: „Спите. Я не сплю за вас“». Это одиночество взрослого, на плечах которого лежит больше, чем он способен унести.

Вокруг премьеры Александринский театр, как впрочем и всегда, организовал большую  программу: в неё вошли лекции Якова Гордина о декабристском контексте романа и Юрия Сапрыкина о самой книге, а также творческая встреча с режиссёром. Для зрителя это приглашение перечитать Тынянова, для театра способ показать, что материал не исчерпывается одним вечером.